Главная / Культура / Книги / 10 удивительных историй прямо с Дальнего Востока

10 удивительных историй прямо с Дальнего Востока

В последнее время стало модно искать «что-то в таком-то климате» или «похожее на этот», но я намерен предложить совсем другое, хотя и выдержанное в несколько ограниченном настроении, потому что это Дальний Восток с фантастическим лицо (под которым я подразумеваю фэнтези и сверхъестественное, читать дальше, а не науку, технологию, футуризм). Внизу есть десять историй (часто циклов), которые пытаются создать или воссоздать что-то вроде Дальнего Востока или просто происходят в таком климате. Так что если кто-то ищет фэнтези или фильм ужасов в японской или китайской атмосфере, велика вероятность, что ниже вы найдете что-то для себя.

в словах

Лиан Хирн — Истории семьи Отори

Серия из пяти романов — сначала трилогия, затем дополненная продолжением, а в конце — приквелом, — смесь фэнтези с историей феодальной Японии. Основное действие разворачивается на воображаемом острове Трех Земель, где произошла великая резня деревни, из которой выжил только мальчик по имени Томасу, переименованный его спасителем (Сигэру) в Такое. Оказывается, Сигеру — молодой вождь Отори и начинает обучать Такоэ, чтобы тот стал воином при дворе. Однако это только начало, ведь путь мальчика и многих других героев долог, тернист и часто нелинейен. Кроме того, Лиан Хирн — это псевдоним Джиллиан Рубинштейн, английской писательницы, с детства мечтавшей о Стране восходящего солнца.

Кенл Ю

Кен Лю — Штормовая стена, Короли подарков

В течение многих лет мы имели возможность читать краткие формы и переводы Кена Лю — в этом году польским читателям был представлен первый том трилогии «Под знаменем дикого цветка»: «Кровавые дары», а недавно второй, «Стена бури». Оба названия позволили нам погрузиться в интересное устройство мира и замысловатый стиль автора, восходящий к повествовательным традициям Дальнего Востока. Захватывающий сюжет здесь важнее всего, но аккуратно сплетенный показ низкого фэнтези настолько завораживает, что порой не знаешь, на чем сделать акцент: то ли это многогранная интрига, то ли стаффаж прямиком из смеси китайских аппликаций и легкого стимпанка.

Роджер Желязны 24 вида на гору Фудзи Хокусая

Роджер Желязны — 24 вида на гору Фудзи Хокусая

У одного из мастеров фэнтези, который любит играть с мифологическими темами в своих произведениях, также есть рассказ, в котором он использует японские верования (особенно связанные с традицией синто и горой Фудзи). Это намек на знаменитую серию цветных гравюр на дереве Кацусики Хокусая «36 видов на гору Фудзи».

лианхерн

Лиан Хирн — Сказка о Шиканоко

Джиллиан Рубинштейн возвращается к японской эстетике в четырехсерийном (в нашем случае в двух томах) сериале «Повесть о Шиканоко», где ставится под сомнение преемственность Лотосового Трона, у женщины большие супружеские и детородные наклонности, а у ее старшего дяди лишает племянника наследия и оставляет его на верную смерть. Здесь так же интригующе, как и в «Сказке о семье Отори», но атмосфера сгущается гораздо быстрее, а ветвящиеся нити не отличаются друг от друга — при этом отменным — качеством.

Харуки Мураками Кафка у моря

Харуки Мураками — Кафка у моря

Поддержано в конвенции так называемого магический реализм (чтобы отсечь фонетические коннотации фэнтези, ибо «не может быть амбициозным, а если это, наверное, магический реализм, или иначе мейнстрим») рассказ о побеге, отцовском проклятии и абсурдных чертах некоторых персонажей ( лошадиный хвост водителя, возможность общения с кошками), а также вмешательство вселенной в пространство-время и загадочность убийства, которые еще больше усложняют жизнь главного героя. Сумасшедшая — с нашей культурной точки зрения — смесь икон поп-культуры и японских верований с нравственной элегантностью — яркий фрагмент фантастического наследия Страны восходящего солнца.

Наоко Уэхаси Сейрей но морибито

Нахоко Уэхаси — Сейрей но морибито

Это первый том промежуточного (роман, манга, мультсериал) сериала о воительнице (Бальсе), которая отправляется в широкий мир, чтобы спасти людей, то есть искупить грехи своего прошлого. Неожиданно однажды он спасает принца и решает защитить его, что является не самой легкой задачей, ведь император, отец мальчика, намеревается бесцеремонно убить его.

Джуни Кокуки

Фуюми Оно — Записки Двенадцати Королевств

Серия слабо связанных историй может и не быть вымышленным шедевром, но может быть интересной, особенно с изображенным миром — параллельным нашему, состоящим из причудливого архипелага, окруженного бескрайним океаном, где ежедневно существуют магия и сверхъестественные существа. Интересно, что этим миром правят боги, живущие на центральном острове, от которых они с помощью специальных посланников издают свои рекомендации, а их посланники уполномочены выбирать правителя (в тринадцати странах), который обретает бессмертие при даровании должность и титул. Однако этот работает, если он следует правилам.

Юкито Аяцудзи Другой

Юкито Аяцудзи — Другой

Это первый фильм ужасов в списке, посвященный теме проклятия, а действие происходит в очаровательном и «совершенно оригинальном» стаффаже в японских песнях — школе. Мальчик по имени Коити переходит в другую среднюю школу, где знакомится со своей сверстницей Мэй Мисаки, которая кажется незамеченной. Вскоре после его перевода школа начинает гибнуть при загадочных и совершенно нелогичных обстоятельствах, через какое-то время Коити начинает догадываться, что неприятные происшествия связаны с Мэй и решает раскрыть дело о проклятии. Никому не должны быть чужды стиль и эстетика романа, лишь бы они тайком не избегали темной стороны дальневосточной поп-культуры.

Лафкадио Хирн Квайдан

Лафкадио Хирны можно смело назвать мультикультурным, особенно двухкультурным: американским и японским, на котором он сам свободно писал. «Квайдан» — сборник страшилок, навеянных японскими верованиями, которые сегодня могут послужить основой для поп-культурного произведения — Хирн использовал надетое на него кимоно, в кассете «Проклятие» смотрел, есть ли точки соприкосновения между эти работы? Однако в этой прозе автор следовал определенной идее (японской, конечно!), говоря о том, что после смерти можно иногда взаимодействовать с миром живых, отчего этот мотив довольно часто появляется в его творчестве.

Лафкадио Хирн Ясунари Кавабата и др. Баллада о Нараяме.  Удивительные сказки из японской прозы

Лафкадио Хирн, Ясунари Кавабата и другие — Баллада о Нараяме. Удивительные сказки из японской прозы

Эта антология, хотя и содержит много разных историй (чаще всего из кругов ужасов), скрепляется одиночеством, отчужденностью, непохожестью, а также изнасилованием и пытками. Иногда уровень рассказов неровный, но чаще всего это классика, позволяющая понять японскую фэнтези-литературу. Показ хоррора тоже неоднороден, иногда получается фильм ужасов, иногда триллер, но есть и то, что смутно напоминает второй жанр, а по сути является лишь его иллюзией. Смотрите сами, что страшнее: жестокая реальность или паранормальное существо с неизвестными мотивами?

Брэндон Сандерсон Душа Императора

Брэндон Сандерсон — Душа императора

Вдохновленная китайской культурой (особенно тюленями), микроистория о приливе американской фантазии стала результатом посещения тайваньского музея. В такой сжатой книге писателю удалось создать суетливые — за окном дворца, где и происходит действие — сверхспособности, и все, что было нужно, это интуиция, мастерская оперативность и щепотка информации, втиснутая в нужные места. Гениальность Сандерсона, пожалуй, наиболее очевидна в этом произведении, в котором, углубившись в верхний слой истории, можно найти замечательное содержание.

Оставить комментарий